Владимир Тардов «Napoletana»

Праздник… Сумерки… Гондола…
Лунный блеск… Кружатся мошки…
Свет условленный в окошке…
Баркарола… Баркарола…

«Кто здесь?» — «Я здесь, я, saluto!»
«Ах, мой милый форестьере!»
«К вам, примерно, на минуту»
«Bona sera, bona sera!..»

Встреча… Шепот… Смех… Объятья…
Много ласки, много вздора…
«Надевайте же, синьора,
Ваше праздничное платье,

Выходите, — и avanti!
По пути здесь есть таверна,
Там бутылочку, примерно,
С вами выпьем кьянти, кьянти!»
 
 
Запах Портичи мудреный,
Запах жареных каштанов…
Мандолины… Миллионы
Тараканов, тараканов…

Нежный стан моей плутовки…
Легкий вздох… Движенье ножки…
Треск распущенной шнуровки,
Блошки, блошки, блошки, блошки…

Полог… Шепот… Смех… Объятья,
Ласки губ и ласки взора…
«Ах, сомнете вы, синьора,
«Ваше платье, ваше платье…»

«Mia bellâ! Jo t’amo!»
«Ах, синьор, боюсь щекотки!
Все узнают в околотке!
Сколько срама, сколько срама!..

Не могу я снесть удара,
Можно ль так бесцеремонно!
Ах, спаси меня, Мадонна,
И великий Сан-Дженнаро!..»

Поцелуи: uno, due…
Стон тоски в безмолвье ночи,
Счастьем дышащие очи…
«Ах, мой милый, не могу я,

Не могу я… Вот напасть-то! —
Стал он холоден, как камень.
Где же страсть-то? Где же страсть-то?
Где же страсть-то, где же пламень?»
 
 
Io riposo… Безмятежно»
Нежно дышит грудь Алисы…
И в окошко веют нежно
Кипарисы, кипарисы…

Снова трепет. Поцелуи.
А с соседней кампаниллы
Вторит благовест унылый:
Аллилуйа, аллилуйа…

Утро… Солнце… Смех… Объятья…
Кос развившиеся прядки…
«Ах, синьора, — ваше платье
Не в порядке, не в порядке».

«Милый мой, придешь, наверно?
На дороге у Распятья
Нынче в полночь, так примерно,
Буду ждать я, буду ждать я.

Буду ждать я до рассвета,
Вся дрожа от знойной муки,
Не могу я снесть разлуки,
Poveretta, poveretta!»

Сборник стихотворений «Вечерний свет», 1907 г.